Супрематизм

19 декабря 1915 года в художественном бюро Надежды Добычиной на Марсовом поле в Петрограде открылась «Последняя футуристическая выставка картин „0,10“». Казимир Малевич повесил там 39 холстов без предметов, а «Чёрный квадрат» поместил высоко под потолком, наискось в углу — там, где в русской избе висит икона. Одновременно появилась его брошюра «От кубизма к супрематизму. Новый живописный реализм». Новое направление получило имя от латинского supremus — «высший»: Малевич считал, что чистое цветовое ощущение выше любого изображения.

Супрематизм вычеркнул из картины всё, кроме формы и цвета. Квадраты, прямоугольники, круги и полосы не изображают ничего, они плавают на белом поле, которое Малевич сравнивал с бесконечностью. Это был ответ сразу кубизму и футуризму: если они дробили предмет, то супрематизм отказывался от него совсем. Сам художник говорил, что «Чёрный квадрат» должен был закончить старое искусство и начать новое. Позже он выделил в супрематизме три стадии — чёрную, цветную и белую.

Реакция последовала сразу. Александр Бенуа в газете «Речь» в январе 1916 года назвал квадрат иконой, которую футуристы предлагают взамен мадонн. Малевич ответил ему открытым письмом. Выставка расколола и самих авангардистов: давнее соперничество Малевича и Владимира Татлина, показывавшего на «0,10» свои контррельефы, обострилось, и участники разделились на два лагеря.

В 1916–1917 годах вокруг Малевича сложилось общество «Супремус». В него вошли Любовь Попова, Ольга Розанова, Иван Клюн, Надежда Удальцова, Александра Экстер; они готовили одноимённый журнал, который так и не вышел. Супрематизм быстро перешёл с холста на ткань, вышивку и книжную обложку. Вершиной живописной линии стала белая стадия: «Супрематическая композиция: белое на белом» (1918, Музей современного искусства, Нью-Йорк). На персональной выставке 1919–1920 годов в Москве Малевич дошёл до логического предела и выставил подрамники с чистыми холстами.

С осени 1919 года Малевич преподавал в Народной художественной школе в Витебске, где возникло объединение УНОВИС — «Утвердители нового искусства». Ученики носили на рукавах чёрные квадраты. Эль Лисицкий в плакате «Клином красным бей белых!» (1919–1920) превратил супрематическую геометрию в язык гражданской войны, а затем в «проуны» — проекты на границе живописи и архитектуры. Николай Суетин и Илья Чашник расписывали супрематическим орнаментом фарфор Государственного фарфорового завода в Петрограде. В Ленинграде, руководя ГИНХУКом, Малевич в середине 1920-х годов начал строить архитектоны — гипсовые объёмные модели, которые должны были стать образцом новой архитектуры.

В 1927 году Малевич съездил в Варшаву и Берлин, где его работы показали на Большой берлинской художественной выставке. Возвращаясь в СССР, он оставил в Германии значительную часть картин и архив. Многие из них позже через архитектора Хуго Хёринга попали в амстердамский музей Стеделейк. Дома тем временем побеждала другая эстетика: в 1930 году Малевича арестовали на несколько месяцев, и последние годы он писал фигуративные картины, подписывая некоторые маленьким чёрным квадратом. Он умер в Ленинграде в 1935 году, его гроб был расписан супрематическими знаками.

Сам «Чёрный квадрат» 1915 года хранится в Третьяковской галерее, и это, пожалуй, самая обсуждаемая русская картина XX века. Через Лисицкого супрематизм пришёл в Баухаус и голландскую группу «Де Стейл», повлиял на типографику и дизайн. В 1960-х годах американские минималисты увидели в Малевиче своего прямого предшественника.