Древнерусская иконопись

В 1904 году коллекционер Илья Остроухов добился, чтобы с «Троицы» в Троице-Сергиевой лавре начали снимать поздние слои. Икону переписывали по меньшей мере пять раз, и под потемневшей олифой и записями XVII–XIX веков никто уже не видел подлинного Рублёва. Работы бригады иконописца Василия Гурьянова стали началом переоткрытия древнерусской иконы — искусства, которое почти два века считали делом старообрядцев и ремесленников.

Иконопись пришла на Русь после крещения 988 года вместе с греческими мастерами и образцами. Самый знаменитый из привозных образов — Владимирская икона Богоматери, написанная в Константинополе: из Киева она попала во Владимир, а затем в Москву. Первые века русские художники учились у Византии, но постепенно сложились свои школы — новгородская с её звонкой киноварью, псковская, тверская, московская. Икона не стремилась к сходству с натурой: обратная перспектива, золотой фон и условный свет должны были показывать не земной, а преображённый мир.

В 1370-х годах в Новгород приехал Феофан Грек; в 1378 году он расписал церковь Спаса Преображения на Ильине улице — это его единственные бесспорно сохранившиеся фрески. Позже он работал в Москве и в 1405 году вместе со старцем Прохором с Городца и Андреем Рублёвым расписывал Благовещенский собор Кремля. Кругу Феофана приписывают «Богоматерь Донскую» (конец XIV века). Рублёв повернул икону к тишине и созерцанию: вершиной этого пути стала «Троица». Её датировка спорна — одни исследователи связывают её с 1408–1412 годами (часто называют 1411-й), другие — с серединой 1420-х, со строительством каменного Троицкого собора. О жизни самого Рублёва известно немного: монах Андроникова монастыря, он умер около 1430 года, а в 1988 году Поместный собор Русской православной церкви причислил его к лику святых.

Следующую вершину дал Дионисий. В 1500 году его мастерская создала «Распятие» для Павло-Обнорского монастыря, а в 1502 году он с сыновьями расписал собор Рождества Богородицы Ферапонтова монастыря — светлые, удлинённые фигуры этих фресок называют итогом классической эпохи. В XVII веке мастера Оружейной палаты во главе с Симоном Ушаковым стали вводить в икону объём и светотень, а Петровская эпоха окончательно сдвинула центр русского искусства к светской картине.

Настоящее открытие древней иконы случилось в XX веке. Осенью 1911 года в Москву приехал Анри Матисс; Илья Остроухов показывал ему своё собрание икон и подарил две из них — в письме жене Матисс назвал их «царским подарком». В 1913 году в Москве прошла большая выставка древнерусского искусства с только что расчищенными иконами; критик Павел Муратов предсказывал, что скоро такой выставки захочет и Европа. В 1918 году «Троицу» передали в мастерские Игоря Грабаря, где её раскрыли до авторского слоя, а в 1929-м она поступила в Третьяковскую галерею.

Сегодня судьба главных икон снова меняется. В 2023 году «Троицу» передали Русской православной церкви, и сейчас её выставляют в Троице-Сергиевой лавре; 3 апреля 2026 года Третьяковская галерея передала церкви Владимирскую и Донскую иконы, их перевезли в храм Христа Спасителя. Формально все три иконы остаются в собрании галереи, а искусствоведы предупреждают, что вне музея этим хрупким доскам трудно обеспечить нужные условия хранения. Наследие иконы при этом давно вышло за пределы храма: от Кузьмы Петрова-Водкина до Казимира Малевича русский авангард учился у неё плоскости, цвету и отказу от иллюзии.