Укиё-э

Зимой 1896 года в петербургской Академии художеств открылась выставка, на которую, по свидетельствам газет и мемуаров, приходило до восьмисот человек в день. Морской офицер Сергей Китаев показывал японские гравюры, собранные во время стоянок флота в японских портах. Для русской публики это было открытие целого мира, который в самой Японии давно считали дешёвой уличной картинкой.

Этот мир родился в Эдо — нынешнем Токио — во второй половине XVII века. «Плывущим миром», укиё, называли кварталы развлечений: театр кабуки, чайные дома, куртизанок. Первыми были расписные ширмы, но настоящую жизнь жанру дала гравюра на дереве, тиражная и доступная горожанам. Хисикава Моронобу считается первым мастером укиё-э; Окумура Масанобу перешёл от одноцветных оттисков к двуцветным, а Судзуки Харунобу в 1765 году ввёл многоцветную печать с множества досок.

Гравюра была делом артели. Художник давал рисунок, резчик переносил его на вишнёвую доску, печатник подбирал краски, а издатель решал, что продастся. Поэтому укиё-э так чутко следили за модой: в конце XVIII века Китагава Утамаро прославился полуфигурами красавиц, а загадочный Тосюсай Сяраку за 1794–1795 годы выпустил меньше 160 листов — острых, почти карикатурных актёрских портретов — и исчез. Кем он был, до сих пор спорят; по одной версии, актёром театра но из провинции Ава.

В XIX веке на первый план вышел пейзаж. Около 1830–1832 годов семидесятилетний Кацусика Хокусай выпустил серию «Тридцать шесть видов Фудзи» с «Большой волной в Канагаве» и «Красной Фудзи»; одной из примет серии стала импортная берлинская лазурь, стойкая и яркая синяя краска. Утагава Хиросигэ ответил «Пятьюдесятью тремя станциями Токайдо» (1833–1834), а под конец жизни — «Ста знаменитыми видами Эдо», куда вошли «Сливовый сад в Камэйдо» и «Внезапный ливень над мостом Охаси и Атакэ» (оба 1857).

Когда Япония открыла порты для иностранцев, гравюры хлынули в Европу и запустили моду на японизм. Импрессионисты учились у них срезанной композиции и плоскому цвету, а Винсент Ван Гог в 1887 году маслом скопировал оба листа Хиросигэ — копии хранятся в Музее Ван Гога в Амстердаме.

Русская линия связана прежде всего с Китаевым. Сам он в 1918 году оценивал своё собрание примерно в 14 тысяч предметов, из них около восьми тысяч гравюр. Его выставки прошли в Петербурге (1896–1897), в Историческом музее в Москве (1897) и снова в Петербурге в 1905-м. Купить собрание государство так и не решилось: в 1916 году его сдали на хранение в Румянцевский музей, а после закрытия музея в 1924-м коллекция перешла в Музей изящных искусств — нынешний ГМИИ имени Пушкина, где сейчас числится около двух тысяч гравюр. Японскую гравюру собирала и Анна Остроумова-Лебедева: в её коллекции были Хокусай и Хиросигэ, и именно японская ксилография во многом сформировала её собственный стиль. По завещанию собрание ушло в Русский музей в 1955 году.

К концу XIX века, с фотографией и западной печатью, укиё-э как массовое искусство сошло на нет. Но его наследие оказалось шире самой Японии — от афиш ар-нуво до современной манги, а сами листы давно перестали быть дешёвым товаром.