Готика

Название придумали враги. Итальянские авторы XVI века, прежде всего Джорджо Вазари, считали архитектуру стрельчатых арок варварской и возводили её к готам, разрушителям Рима; отсюда «готическое», то есть грубое и чужое. Сами строители называли свою манеру куда скромнее — opus francigenum, «французская работа». Отсчёт обычно ведут от 1144 года, когда аббат Сюжер освятил новый хор базилики Сен-Дени под Парижем: тонкие опоры, нервюрные своды и огромные окна впустили в храм цветной свет, который Сюжер понимал как образ божественного.

Готика изменила сначала здание, а уже через него — живопись. Стена, растворённая в окнах, перестала быть местом для больших фресок, и главным живописным жанром севера стал витраж. Собор в Шартре, перестроенный после пожара 1194 года, и Сент-Шапель, освящённая в 1248 году как реликварий для тернового венца Людовика IX, — это прежде всего стены из стекла. Второй областью стала книга: Псалтирь Людовика Святого (около 1270) и другие парижские рукописи задали моду на изящную, вытянутую фигуру, текучую линию и драгоценный цвет. На смену тяжёлой романской торжественности пришли изгиб, жест, почти светская грация.

В Италии готика встретилась с византийской традицией и дала особенно утончённую живопись в Сиене. Симоне Мартини написал «Маэсту» в зале городского совета (1315, поновлена в 1321), алтарь «Святой Людовик Тулузский» (около 1317, Неаполь, музей Каподимонте) — политический образ, подтверждавший права короля Роберта Анжуйского, — и «Благовещение со святыми Ансаном и Маргаритой» (1333, Уффици), написанное вместе с шурином Липпо Мемми. В конце жизни Мартини работал при папском дворе в Авиньоне, и через Авиньон сиенская манера разошлась по северу.

Около 1400 года придворные мастерские Парижа, Праги, Бургундии, Милана и Лондона заговорили почти на одном языке — его называют интернациональной готикой. «Уилтонский диптих» (около 1395–1399) написан для личной молитвы английского короля Ричарда II; с 1929 года он в Национальной галерее в Лондоне. Братья Лимбург работали над «Великолепным часословом герцога Беррийского» примерно с 1411 года, но в 1416 году умерли и они сами, и заказчик; рукопись хранится в музее Конде в Шантийи. Джентиле да Фабриано закончил «Поклонение волхвов» (1423, Уффици) для флорентийского банкира Паллы Строцци, рядом работал Пизанелло.

Репутация готики менялась резко. Ренессанс видел в ней тёмное прошлое, классицизм — нарушение пропорций. Перелом наступил в эпоху романтизма: молодой Гёте в статье «О немецком зодчестве» (1772) восхищался Страсбургским собором и называл готику национальным, а не варварским стилем. В XIX веке Эжен Виолле-ле-Дюк реставрировал Нотр-Дам и Сен-Дени, а неоготика вошла в архитектуру от Лондона до Петербурга.

Своей готики в России не было, но была любовь к ней. Во второй половине XVIII века возникла русская «псевдоготика» — Чесменская церковь в Петербурге, царицынский ансамбль Василия Баженова и Матвея Казакова. Есть и подлинник: в Эрмитаже хранится «Мадонна из сцены Благовещения» Симоне Мартини из собрания графа Григория Строганова, вторая половина диптиха, чей «Ангел» находится в Национальной галерее искусства в Вашингтоне.

В XV веке в Италии готику вытеснило Возрождение, а в Нидерландах — новая живопись ван Эйка. Но на севере её интонация — ломкие складки, удлинённые фигуры, любовь к подробности — держалась до начала XVI века, а в XIX веке вернулась уже как сознательная стилизация.