«Праведные судьи» Гентского алтаря: история кражи и поиски

«Ключ, шкаф, папка»: последние слова маклера о «Праведных судьях» Гентского алтаря

В ночь на 11 апреля 1934 года из Гентского алтаря украли створку «Праведные судьи». Вымогатель прислал больше десятка писем и вернул половину доски, а человек, уверявший, что знает тайник, умер, не договорив.

Гентский алтарь Хуберта и Яна ван Эйк в закрытом виде
Хуберт и Ян ван Эйк. Гентский алтарь (закрытый вид). 1432. Масло, доска. Собор Святого Бавона, Гент. Внизу, вторая слева — возвращённая створка «Иоанн Креститель»

«Взято у Германии по Версальскому договору» — эту записку утром 11 апреля 1934 года нашли на раме алтаря братьев ван Эйк в гентском соборе Святого Бавона. Пономарь увидел взломанную дверь капеллы, а в алтаре — пустые места двух створок.

Пропали «Праведные судьи» и «Иоанн Креститель» — две стороны одной доски. Расписанную ван Эйками с двух сторон доску в 1894 году распилили вдоль в берлинском музее, и теперь её половины легко было вынести по отдельности.

«Праведные судьи» Гентского алтаря, фотография оригинала до кражи
Хуберт и Ян ван Эйк. Праведные судьи. 1432. Масло, доска. Украдены в 1934 году, местонахождение неизвестно; довоенная фотография из архива Макса Фридлендера (RKD, Гаага)

Записка намекала на месть за войну: шесть боковых створок алтаря почти сто лет принадлежали Берлину и вернулись в Гент только в 1920 году, в счёт репараций по Версальскому договору. Но вору нужна была не справедливость.

Наш каналБольше историй в нашем Telegram

Письма за подписью D.U.A.

30 апреля епископ Гента Оноре-Йозеф Копитерс получил письмо по-французски. Неизвестный требовал миллион бельгийских франков и грозил уничтожить обе створки. Подпись — три буквы: D.U.A.

Епископ был готов платить, но разрешения не дали ни прокуратура, ни министр юстиции Поль-Эмиль Жансон. Переписка всё равно продолжилась, а ответы епископа печатала брюссельская газета La Dernière Heure. Вымогатель решил доказать, что не блефует. 29 мая в камере хранения вокзала Брюссель-Северный по присланной им квитанции выдали большой свёрток. В нём был «Иоанн Креститель».

«Иоанн Креститель», гризайль Гентского алтаря ван Эйков
Хуберт и Ян ван Эйк. Иоанн Креститель (створка закрытого Гентского алтаря). 1432. Масло, доска. Собор Святого Бавона, Гент

Возвращённая половина — гризайль, живопись оттенками серого, которая притворяется каменной статуей в нише. Креститель указывает на агнца, а на открытом алтаре к Агнцу в центральной сцене съезжаются праведники, и среди них всадники-судьи. Свою половину вор отдал даром — видимо, торговаться он собирался за цветную сторону.

Голова Иоанна Крестителя и агнец — фрагмент гризайли Гентского алтаря
Фрагмент: Иоанн Креститель указывает на агнца

Посредником назначили настоятеля антверпенской церкви Святого Лаврентия Анри Мёлепаса. Полиция вручила ему пакет, но лишь с 25 000 франков вместо миллиона. 14 июня пакет забрал таксист. Последнее письмо пришло 1 октября, и D.U.A. замолчал.

Сколько всего было писем, источники расходятся. Город Гент насчитывает тринадцать, The Art Newspaper — двенадцать отправленных и ещё одно, так и не отправленное.

«Ян ван Эйк был здесь»: подпись над зеркалом «Портрета четы Арнольфини»
Читайте также«Ян ван Эйк был здесь»: подпись над зеркалом «Портрета четы Арнольфини»

«В моём бюро, ключ, шкаф…»

Почти через два месяца, 25 ноября 1934 года, 57-летнему биржевому маклеру из Ветерена Арсену Годертье стало плохо прямо на политическом собрании в Дендермонде. Он держал маленький банк в Ветерене под Гентом, когда-то служил при церкви и был своим человеком в Гентской епархии.

Умирая, Годертье позвал адвоката Жоржа де Воса и сказал, что только он один знает, где спрятаны «Праведные судьи». Последнее, что он успел произнести: «В моём бюро, ключ, шкаф, папка „мютюалите“…» Mutualité — так в Бельгии называют больничные кассы взаимопомощи.

В папке нашли конверт с копиями писем D.U.A. к епископу. Створки там не было. Было неотправленное письмо: судьи, говорилось в нём, находятся там, откуда ни автор, ни кто-либо другой не может их забрать, не привлекая внимания публики.

С тех пор эта фраза кормит охотников за кладом. Она звучит как место на виду — в церкви, на площади, под мостовой. Следствие сочло Годертье вымогателем: дубликаты писем из его конторы — улика серьёзная. Был ли он вором или только знал вора, неизвестно, и у версии о его вине до сих пор есть противники.

Всадники-судьи — фрагмент довоенной фотографии «Праведных судей» ван Эйков
Фрагмент: всадники в мехах и тюрбанах на фотографии оригинала, сделанной до кражи

Эти лица сегодня можно увидеть только так, на старых чёрно-белых снимках. Цвет оригинала приходится представлять по копиям.

Судьи кисти ван дер Векена

Одна из копий стоит сегодня в самом алтаре. В 1936 году реставратор Йеф ван дер Векен предложил написать замену украденной створке, а в 1939-м сел за работу в Королевских музеях изящных искусств в Брюсселе. Образцом служила копия, которую Михил Кокси написал в середине XVI века для Филиппа II Испанского.

«Праведные судьи» — копия Михила Кокси с Гентского алтаря
Михил Кокси. Праведные судьи (копия створки Гентского алтаря). 1557–1559. Масло, доска. Королевские музеи изящных искусств Бельгии, Брюссель

Война прервала работу, в 1945 году ван дер Векен к ней вернулся. Вероятно, тогда же он вывел на обороте рифмованную надпись, датированную октябрём 1945 года; сегодня её уже не прочесть: «Uit liefde – als plicht – verricht – en om te wreken – voor streken – niet geweken».

Бельгийский институт наследия KIK-IRPA переводит её так: «Сделано из любви и по долгу — и чтобы отомстить за мелкие козни, которые меня не сломили». В институте считают, что строки навеяны долгими злоключениями копии. Позже художник покрыл доску воском для патины, чтобы она не спорила с соседними, а окончательную цену за неё согласовали только в 1957-м.

Копию ван дер Векен подписал своим именем — жест почти эйковский: сам Ян ван Эйк однажды вывел над зеркалом в «Портрете четы Арнольфини»: «Ян ван Эйк был здесь». С первого взгляда подмену в алтаре не заметишь.

Ван дер Векен был не только копиистом. Реставрируя старых нидерландцев, он переписывал целые участки, а позже выяснилось, что он автор и нескольких подделок. В 2010 году, когда краска на копии начала отслаиваться, KIK-IRPA решил изучить её технику, чтобы потом узнавать руку реставратора в других работах.

Оригинал тем временем искали. В войну за ним охотился немецкий обер-лейтенант Генрих Кён из службы охраны искусства; в 1942 году он пришёл к выводу, что Годертье не вор, и подозревал гентское духовенство.

Искали и много позже: в 2008 году в Генте вскрывали пол в доме на Синт-Янсвест, в 2019-м, после книги детского писателя Марка Де Бела, копали на площади Каландеберг у собора и нашли только старую железную лестницу. В январе 2025 года прокуратура Восточной Фландрии сообщила о новых обысках на вилле по свежей наводке — опять впустую.

У похищения «Моны Лизы» из Лувра в 1911 году был финал: через два с лишним года картина вернулась на место. У гентской истории финала нет. Где судьи, не знает никто. Человек, который уверял, что знает, унёс ответ в 1934 году и оставил только намёк на место, откуда их не забрать незаметно.

Дело не закрыто. «Пока нет тела, нет и смерти», — сказал в январе 2026 года ведущий документального сериала VRT «Mysteriejagers» об этой краже. Судьи, если они целы, всё ещё едут к Агнцу.

Комментарии

Для читателей «Хроник»

Комментировать могут читатели с профилем. Регистрация бесплатная и занимает несколько секунд.

Пока никто не написал. Начните разговор первым.

Поделиться

Читайте также