Реализм

Летом 1855 года на авеню Монтень в Париже, в двух шагах от Всемирной выставки, вырос временный павильон с вывеской «Реализм». Гюстав Курбе построил его на свои деньги после того, как жюри выставки отвергло две его самые большие картины — «Похороны в Орнане» и «Мастерскую художника». В каталоге своей частной выставки он напечатал короткий текст, который вскоре назовут манифестом. Само слово к тому времени уже ходило в спорах о Курбе: его защищал писатель Шанфлёри, а в 1856–1857 годах Луи Эдмон Дюранти выпускал журнал с прямым названием «Реализм».

Курбе сформулировал задачу просто: «передать нравы, идеи, облик моей эпохи». За этой фразой стоял удар по иерархии жанров, на вершине которой Академия держала историю, мифологию и Священное Писание. Скандал «Похорон в Орнане» на Салоне 1850–1851 годов был не в сюжете, а в масштабе: холст шириной больше шести метров, размер батального полотна, отдан безымянным жителям провинциального городка. В открытом письме студентам 1861 года Курбе заявил, что живопись — «искусство по существу конкретное». Ангелы, нимфы и античные герои оказывались вне её пределов.

Рядом с Курбе работали другие. Жан-Франсуа Милле в Барбизоне писал крестьянский труд — «Собирательниц колосьев» (1857) и «Анжелюс» (1857–1859), обе картины сегодня в Музее Орсе. Оноре Домье десятилетиями рисовал для сатирических газет и писал вагоны третьего класса и прачек. «Дробильщики камня» Курбе (1849) погибли в Дрездене в 1945 году, но «Похороны» и «Мастерская» хранятся в Орсе. Следующее поколение довело принцип до городской современности: «Олимпия» Эдуара Мане (1863) и «Паркетчики» Гюстава Кайботта (1875), отвергнутые Салоном того же года.

Современники видели в реализме не столько эстетику, сколько политику. После революции 1848 года картины о бедняках читались как угроза: «Собирательниц колосьев» критик Поль де Сен-Виктор назвал «тремя Парками пауперизма» (1857). «Олимпия» на Салоне 1865 года собрала такую толпу возмущённых, что у холста поставили охрану. Почти двадцать лет спустя тот же сценарий повторился с «Портретом мадам X» Джона Сингера Сарджента (1884): после скандала художник переписал соскользнувшую бретельку и вскоре перебрался в Лондон. Сам Курбе за участие в Парижской коммуне 1871 года и снос Вандомской колонны попал в тюрьму, а затем уехал в Швейцарию, где и умер в 1877 году.

За пределами Франции реализм нашёл своих мастеров. В Германии Адольф Менцель написал «Железопрокатный завод» (1872–1875, Старая национальная галерея, Берлин) — одну из первых больших картин о заводском труде. Молодой Макс Либерман дебютировал «Женщинами, ощипывающими гусей» (1872), и критика, признавая его мастерство, окрестила его «живописцем уродливого». Реалистическую линию в Европе продолжили бельгиец Константен Менье и голландцы Гаагской школы.

В России путь к реализму начался раньше Курбе: Алексей Венецианов ещё в 1820-е годы писал крестьян своего тверского имения, а Павел Федотов в «Сватовстве майора» (1848) превратил бытовую сценку в комедию нравов. Во второй половине века реализм стал языком Василия Перова, Ильи Репина с «Бурлаками на Волге» (1870–1873) и Василия Верещагина с «Апофеозом войны» (1871). Эта линия подробно разобрана на странице «Передвижники».

Как направление реализм сошёл со сцены к 1880-м: Мане и его младшие друзья перенесли внимание с предмета на свет и способ видеть, а Жюль Бастьен-Лепаж и натуралисты превратили метод в почти фотографическую точность. Но вопрос, который поставил Курбе, — имеет ли право на большую картину обыкновенный современник, — уже не исчезал. Его заново задавали американская «школа мусорных вёдер», немецкая «новая вещественность» и фотореалисты второй половины XX века.